Главная В избранное Наш ЖЖ    

Рабочая борьба. Сайт настоящих профсоюзов.

О сайте
Наша борьба
Кризис
Как создать профсоюз
Лидеры и профсоюзы
Профучеба
Профсоюзы и политика
Пресса о профсоюзах
Аналитика
За рубежом
Законы
Солидарность
Прими участие
Наша кнопка
РАБОЧАЯ БОРЬБА - Сайт настоящих профсоюзов
Код кнопки:
Объединенный гражданский фронт
Без цензуры
Законы

28.01.2010
Профсоюз - не прикрытие для нарушителей трудовой дисциплины?

Общероссийские объединения профсоюзов считают, что определения Конституционного Суда, касающиеся прав выборных профсоюзных работников, данные решения ухудшили положение лидеров профсоюзов, так как поставили их в более жесткую зависимость от работодателей. Суть скандальных определений КС разъяснила начальник Управления конституционных основ трудового законодательства и социальной защиты Конституционного суда Алия Нуртдинова.

- Алия Фаварисовна, почему такой широкий резонанс у этих решений КС?

- Эти определения на основании принятого в 2002 году постановления Конституционного Суда № 3-П признали недействительными положения части первой статьи 374 Трудового кодекса и пункта первого статьи 25 Федерального закона "О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности". Дело в том, что Трудовой кодекс, вопреки постановлению КС РФ, сохранил гарантии при увольнении выборных профсоюзных работников за нарушение трудовой дисциплины.

- На первый взгляд, права профсоюзов и профсоюзных работников теперь действительно пострадали…

- Давайте разберемся. Часть первая статьи 374 Трудового кодекса предусматривает, что выборный профсоюзный работник, неоднократно не исполнявший свои трудовые обязанности и имеющий дисциплинарное взыскание, не может быть уволен по инициативе работодателя без предварительного согласия вышестоящего выборного профсоюзного органа. При этом профсоюз не обязан проверять обоснованность увольнения. И, как часто происходит на практике, отказывает в его согласовании даже без объяснения причин. А решение профсоюза обжаловать нельзя. То есть, профсоюз в данной ситуации фактически подменяет работодателя, лишая его возможности уволить работника, не выполняющего своих обязанностей. Тем самым права работодателя, как признал Конституционный Суд, несоразмерно ограничиваются.

- Почему такое ограничение признано несоразмерным, ведь цель предоставления упомянутой гарантии – защита профсоюзных работников?

- Да, но это не абстрактная защита «вообще», а конкретная защита от дискриминации в связи с профсоюзной деятельностью. Это подчеркивается и в конвенциях Международной организации труда (№ 87, 98, 135), которые предусматривают защиту от увольнения на том основании, что работник принимает участие в профсоюзной работе, является представителем трудящихся или членом профсоюза. Если строго следовать международным нормам, необходимо сначала проверить, является ли увольнение работника расправой за профсоюзную деятельность или справедливым наказанием за дисциплинарные проступки. И только в первом случае профсоюз должен вмешаться.

Норма же части 1 статьи 374 Трудового кодекса предоставляет профсоюзу право запрещать расторжение трудового договора "вообще". Разве такая защита соответствует тем целям, ради достижения которых она вводилась?

- То есть речь идет о привилегированном положении выборных профсоюзных работников?

- Здесь важно обратить внимание на условия предоставления так называемой профсоюзной защиты. Конвенции МОТ (№ 87 и 135) прямо указывают на то, что представители трудящихся должны соблюдать закон. Иными словами, никто не предполагал защищать нарушителей трудовой дисциплины и лиц, не выполняющих требования трудового законодательства, локальных нормативных актов, трудового договора.

Есть еще одна сторона этой проблемы – равенство прав и возможностей работников в сфере труда, которое вытекает из принципа равенства (части 1, 2 статьи 19 Конституции РФ) и провозглашается одним из принципов правового регулирования трудовых отношений (статья 2 Трудового кодекса РФ). Дело не только в том, что работодатель практически лишался своего права на расторжение трудового договора с работником, вина которого в совершении дисциплинарных проступков доказана, а процедура увольнения соблюдена. Важно, что член коллегиального профсоюзного органа наделялся особым правовым статусом, отличающимся как от статуса рядового члена профсоюза, так и от статуса работника, не являвшегося членом профсоюза. И он мог рассчитывать на то, что даже при неоднократном совершении дисциплинарных проступков не будет привлечен к дисциплинарной ответственности, поскольку профсоюзный орган не даст согласия на его увольнение.

Следовательно, нарушался конституционный принцип равенства лиц, заключивших трудовой договор, и в равной мере обязанных добросовестно исполнять свои трудовые обязанности. Вряд ли предоставление такой привилегии выборным профсоюзным работникам оправдано. Во-первых, занятие профсоюзной работой ни в коей мере не освобождает от выполнения обязанностей по трудовому договору. А во-вторых, профсоюзный работник все-таки должен пользоваться авторитетом в трудовом коллективе. Согласитесь, трудно испытывать уважение к человеку, который недобросовестно относится к своим обязанностям, да и к профсоюзу, который такого работника защищает.

- Но можно ли говорить, что, изложив свою позицию в определениях, Конституционный Суд встал на чью-либо сторону?

- Конституционный Суд Российской Федерации защищает конституционные ценности и не вправе становиться на чью-либо сторону. Не сделал он этого и в данном случае. Суд исходил из необходимости поддержания баланса прав, предоставленных различным субъектам права. В нашем случае – работодателям и профсоюзам. Права работодателя, как и права профсоюзов и выборных профсоюзных работников, имеют равную ценность, поэтому должны равным образом уважаться. Ограничить их можно, но только для достижения конституционно значимых целей, указанных в части 3 статьи 55 Конституции. Здесь приоритетами являются основы конституционного строя, нравственность, здоровье, права и законные интересы других лиц, обеспечение обороны страны и безопасности государства. И еще очень важно, чтобы такое ограничение не вело к искажению самого существа свободы экономической (предпринимательской) деятельности.

- Чего же тогда боятся профсоюзы? Того, что работодатель сможет увольнять профсоюзных активистов за профсоюзную деятельность под видом увольнения за нарушение трудовой дисциплины? Или же того, что активисты, не справляясь со своей работой, более не смогут прикрываться профсоюзной деятельностью?

- Вопрос носит немного провокационный характер, мне трудно ответить за профсоюзы. Очень хочется надеяться, что они не имеют целью создавать "прикрытие" для нарушителей трудовой дисциплины. Проблема же увольнения за профсоюзную деятельность под видом увольнения за нарушение трудовой дисциплины может возникнуть. Именно в связи с этим обстоятельством МОТ предусмотрела возможность защиты выборных профсоюзных работников от увольнения, если оно связано с членством в профсоюзе или деятельностью по представительству интересов трудящихся.

- Профсоюзные работники утверждают, что остались беззащитными перед произволом работодателя.

- Действующее трудовое законодательство предоставляет широкие возможности для защиты. Просто эта защита реализуется не через запрет профсоюза на увольнение работника, а через разрешение трудового спора в суде – независимом от сторон трудового договора органе, призванном осуществлять правосудие.

Трудовой кодекс (статья 3) гарантирует защиту от дискриминации, в том числе в зависимости от принадлежности (непринадлежности) к общественным организациям, других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника. Работник, считающий, что подвергся дискриминации, имеет право обратиться в суд с заявлением о восстановлении нарушенных прав, возмещении материального вреда и компенсации морального вреда. Это в полной мере относится к увольнению по инициативе работодателя, причем по любому основанию. Если выборный профсоюзный работник полагает, что его увольнение связано с профсоюзной деятельностью, он вправе прибегнуть к судебной защите. Причем, профсоюз может оказать ему содействие в формулировании требований, сборе доказательств и даже выступить от его имени при обращении в суд (ст. 391 ТК).

- После выхода в свет решений КС профсоюзы в один голос заговорили о том, что теперь в России фактически отсутствует обязанность государства по обеспечению защиты граждан против любых дискриминационных действий, направленных на ущемление свободы объединения профсоюзов в области труда. Так ли это?

- Еще раз подчеркну, в России запрещена любая дискриминация в сфере труда, в том числе дискриминация по признаку членства в профсоюзе и осуществления профсоюзной деятельности. Повторяю: нарушенные права, если дискриминация действительно имела место, можно защитить в суде. Это в полной мере соответствует основополагающим международным конвенциям в сфере свободы объединения (№87 и №98), предусматривающим защиту членов профсоюзов и выборных профсоюзных работников. Кстати, эти конвенции давно ратифицированы нашей страной, поэтому законодатель учитывал их требования.

Обеспокоенность профсоюзов, на мой взгляд, вызывает не отсутствие механизмов защиты, а необходимость прикладывать усилия к тому, чтобы эти механизмы использовать. Например, доказать наличие преследования в связи с профсоюзной деятельностью. Конечно, это сделать сложнее, чем просто отказать в согласии на увольнение, не исследуя конкретных обстоятельств и не задумываясь о последствиях. Однако, на мой взгляд, вдумчивая, доказательная защита выборных профсоюзных работников от действительно имеющей место дискриминации в большей степени будет способствовать повышению авторитета профсоюзов.

- По каким причинам сложилась подобная ситуация? Почему именно теперь актуальным стал вопрос о несоразмерном ограничении прав работодателя?

- Гарантии от увольнения выборных профсоюзных работников существуют в нашей стране с 1922 года почти в неизменном виде. В советское время профсоюзы вместе с администрацией несли ответственность за укрепление трудовой дисциплины и осуществляли государственный надзор над соблюдением трудового законодательства. Поэтому, рассматривая вопрос об увольнении нарушившего трудовую дисциплину профсоюзного работника, вышестоящий профсоюзный орган проводил предварительную (досудебную) проверку законности и обоснованности увольнения. Если выборный профсоюзный работник совершил дисциплинарный проступок, а администрация доказала его вину и не нарушила процедуру увольнения, профсоюз, связанный положениями Устава профсоюзов и других нормативных актов, а главное – сообразуясь со здравым смыслом и стремлением сохранить свой авторитет – не мог противодействовать увольнению нарушителя трудовой дисциплины. В настоящее же время профсоюзы не осуществляют государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и не отвечают за соблюдение и укрепление трудовой дисциплины, поэтому акцент, как и указывается в международных актах, необходимо переносить на защиту выборных профсоюзных работников от дискриминации по признаку осуществления профсоюзной деятельности. Это совсем не означает, что государство отказывается от предоставления гарантий выборным профсоюзным работникам. Просто эти гарантии должны соответствовать современным условиям и роли профсоюзов в настоящее время.

- Какую роль, на ваш взгляд, играют профсоюзы сегодня?

- В отличие от советского периода, профсоюзы сегодня не являются частью государственного аппарата и не выполняют государственных функций. Это позволяет им вернуться к исконно профсоюзным задачам – представительству и защите интересов работников в системе социального партнерства. Профсоюзы участвуют в проведении коллективных переговоров, рассмотрении коллективных трудовых споров, в создании комиссии по трудовым спорам. Надо отметить, что в последние годы их значение в системе управления трудом повышается.

Профсоюзы являются членом Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений, а Комиссия участвует (путем выражения своего мнения) в принятии многих нормативных правовых актов в сфере труда. Аналогичный механизм принятия нормативных актов действует и на региональном уровне (ст. 35.1 ТК).

Если попытаться обобщить разностороннюю деятельность профсоюзов, можно сделать вывод о том, что это одна из важнейших общественных организаций, элемент гражданского общества, о необходимости развития которого так много говорится в последнее время.

- Глава думского комитета по труду и социальной политике Андрей Исаев на встрече с представителями общероссийских профобъединений, пояснил, что Конвенция МОТ №135 о представителях трудящихся не была актуальна до ноябрьского решения Конституционного суда. Что изменило это решение?

- Конвенция № 135 "О защите прав представителей трудящихся на предприятии и предоставляемых им возможностях" (23 июня 1971 г.) предусматривает защиту представителей трудящихся на предприятии от увольнения, основанного на их статусе, деятельности, членстве в профсоюзе или участии в профсоюзной деятельности (статья 1). Она до настоящего времени не ратифицирована Российской Федерацией.

Точно так же, как упомянутые ранее конвенции №87 и №98, указанная конвенция предусматривает защиту от дискриминации – увольнения, связанного со статусом представителя работников, членством в профсоюзе или участием в профсоюзной деятельности. Напрасно полагают, что её можно интерпретировать как предусматривающую абсолютный запрет на увольнение выборных профсоюзных работников: запрещается только дискриминационное увольнение (которое российским трудовым законодательством также запрещено). Кроме того, статья 1 Конвенции № 135 подчеркивает, что защита представителям трудящихся гарантируется в той мере, в какой они действуют в соответствии с существующим законодательством или коллективными договорами или другими совместно согласованными условиями (статья 1). Таким образом, защита нарушителей трудовой дисциплины не предполагается. Единственный аспект, который в данной конвенции является новым по сравнению с ранее принятыми (№ 87 и №98), это распространение защиты на выборных представителей работников, которые могут и не являться членами выборного профсоюзного органа и вообще членами профсоюза. Статья 3 Конвенции (пункт «b») к представителям трудящихся относит наряду с представителями профессиональных союзов выборных представителей. Речь идет о представителях, избранных трудящимися предприятия в соответствии с национальным законодательством или правил или коллективных договоров. И функции этих представителей не включают деятельности, которая признана в качестве исключительной прерогативы профессиональных союзов в соответствующей стране. В связи с тем, что в нашей стране допускается создание (избрание) таких представителей, возможно, есть смысл рассмотреть вопрос о ратификации этой конвенции. Однако повторю: статья 3 Трудового кодекса, которая носит универсальный характер, позволяет и в случае дискриминации (т.е. увольнения в связи с общественной деятельностью) такого (не являющегося профсоюзным функционером) представителя трудящихся обратиться в суд и защитить нарушенные права.

- Не противоречит ли российское законодательство этой международной конвенции?

- О противоречии в этом случае говорить не приходится: дискриминация в сфере труда по любым основаниям в России запрещена. Однако, наверное, можно ставить вопрос об уточнении редакции статьи 3 Трудового кодекса, прямо указав в ней те основания дискриминации, которые поименованы в конвенции: членство в профсоюзе, профсоюзная деятельность или деятельность в качестве представителя трудящихся. Предусмотреть можно и условия предоставляемой правовой защиты - в той мере, в какой представители трудящихся действуют в соответствии с действующим трудовым законодательством, коллективным договором, соглашением, локальными нормативными актами и трудовым договором.

- Что даст профсоюзам ратификация Конвенции МОТ №135, за подписание которой они борются?

- Думается, профсоюзы будут добиваться восстановления норм, признанных противоречащими Конституции. Однако это тупиковый путь. Во-первых, конвенция №135, как я пыталась проиллюстрировать, не содержит ничего, принципиально отличающегося от положений ратифицированных конвенций и, кстати, от положений Европейской социальной хартии, ратифицированной Российской Федерацией и запрещающей увольнение за общественную деятельность (пункт «а» статьи 28). Во-вторых, гарантии в виде предварительного согласия профсоюзного органа на увольнение – пройденный нашей страной этап. Эти гарантии были введены в тот период, когда профсоюзы действовали вместе с администрацией, в частности, вместе отвечали за укрепление трудовой дисциплины. При таком подходе было допустимо предварительно проверить законность увольнения. Кстати, на практике в советский период развития нашей страны профсоюзы никогда не отказывали дать согласие на увольнение профсоюзного работника, вина которого в совершении дисциплинарных проступков доказана. Считалось неприличным защищать работника, который бросает тень на профсоюз. В условиях рыночной экономики профсоюзы становятся социальным партнером и оппонентом работодателя и не могут вместо него принимать решения о прекращении трудовых отношений, запрещать или разрешать ему производить какие-либо юридически значимые действия. Ведь если бы так вел себя работодатель, профсоюзы поставили бы вопрос о вмешательстве в профсоюзную деятельность, нарушении Конвенции МОТ № 87.

Поэтому, как представляется, надо искать новые способы защиты выборных профсоюзных работников, причем не от увольнения вообще, а от увольнения, связанного с профсоюзной деятельностью, как и предусматривается международными актами. Окончательную же оценку законности и обоснованности увольнения должен давать суд.

РАПСИ

Публикации раздела: Законы

05.03.2015 - По одиночке
15.01.2015 - Трудовое законодательство в 2015 году: 8 главных изменений
22.07.2014 - В одну калитку
17.06.2014 - Бразилия
10.01.2014 - Вы уволены - с возвратом

© РАБОЧАЯ БОРЬБА 2007-2021. Все права защищены и охраняются законом.
При полном или частичном использовании материалов, опубликованных на страницах сайта www.rborba.ru, ссылка на источник обязательна.