Главная В избранное Наш ЖЖ    

Рабочая борьба. Сайт настоящих профсоюзов.

О сайте
Наша борьба
Кризис
Как создать профсоюз
Лидеры и профсоюзы
Профучеба
Профсоюзы и политика
Пресса о профсоюзах
Аналитика
За рубежом
Законы
Солидарность
Прими участие
Наша кнопка
РАБОЧАЯ БОРЬБА - Сайт настоящих профсоюзов
Код кнопки:
Объединенный гражданский фронт
Без цензуры
Аналитика

28.01.2015
«Люди ждут масштабного кризиса, но готовы терпеть»

Россиянам нужно готовиться к росту безработицы, заявил в конце прошлой недели первый вице-премьер Игорь Шувалов. Он отметил, что отечественная экономика находится в тяжелой ситуации, но призвал не паниковать по этому поводу. Директор Аналитического центра Юрия Левады ЛЕВ ГУДКОВ рассказал «Новым Известиям», могут ли сокращения рабочих мест, падение уровня заработка, высокие цены на продукты и общая экономическая нестабильность спровоцировать акции протеста и почему россияне продолжают любить власть.

– Лев Дмитриевич, насколько сейчас у россиян сильны протестные настроения?

– В течение всего года показатели протестных настроений достаточно низкие. И сейчас, несмотря на ухудшающуюся экономическую обстановку, ожидание кризиса, рост цен и прочее, показатель протестных настроений не поднимается. Более того, он находится на самом низком уровне за все время наблюдений. Впрочем, было бы странно ждать протестов после такой мобилизации – националистической, шовинистической, патриотической, вызванной антиукраинской пропагандой и консолидацией вокруг власти.

– Если уменьшение доходов, безработица, рост цен и общая нестабильность не могут заставить людей выйти на улицу, то что может?

– Сейчас об этом говорить сложно, поскольку снижение уровня жизни пока не очень значительное и, скорее, здесь действуют преимущественно негативные ожидания. Конечно, доходы населения начали снижаться в конце прошлого года, но это снижение не настолько значительно, чтобы толкнуть людей выйти на улицу. А признаков какого-то социального взрыва сейчас попросту нет, если говорить в целом по стране. Возможны какие-то локальные ситуации, например, трудовые конфликты, забастовки, противостояние с местными властями. С другой стороны, все это происходит постоянно. Но чтобы это стало широким протестным движением – таких признаков пока нет, и, думаю, не скоро появятся. Люди начнут выходить на улицы, только когда почувствуют, что у них отбирают самое важное. То есть когда речь пойдет о физическом выживании – не просто ухудшении уровня жизни, а о невозможности сводить концы с концами. Пока до этого еще далеко. Кроме того, работает сильнейшая и очень эффективная пропаганда, которая дискредитирует лидеров протестного движения, оппозицию в целом. Пропаганде, которая ведется с 2013 года, действительно удалось принципиально изменить отношение к акциям протеста. Если поначалу большинство разделяло лозунги и цели оппозиции и по крайней мере внутренне одобряло эти выступления, сам пафос движения против фальсификации выборов, против ограничения свободы слова, то с конца прошлого года ситуация начала меняться. Пропаганда дискредитировала лидеров оппозиции – Навального, Удальцова и других, называя их агентами Запада, коррумпированными людьми, замешанными в каких-то финансовых махинациях. Вместе с этим имело место разочарование в протестном движении, которое не смогло выработать достаточно убедительную и ясную для общества программу представлять интересы не только продвинутых групп городского класса, но и широких слоев населения, более бедной и депрессивной периферии, продемонстрировало неспособность к практическим политическим действиям. Все это привело к тому, что доверие к оппозиции упало, ее цели поставлены под сомнение. И во многом наступила такая оппортунистическая реакция: перенос на лидеров, на само протестное движение (здесь сработал чисто психологический механизм) агрессии из-за собственного чувства вины, соглашательства с оппозицией и рост раздражения против нее именно в силу собственной трусости и конформизма. Из-за всех этих факторов протестные настроения упали очень сильно.

– Получается, в оппозиции народ разочаровался, зато снова начал поддерживать действующую власть? Ведь рейтинг президент значительно поднялся.

– Да, он вырос, но, вероятно, в ближайшее время начнет снижаться – по мере ухудшения положения в стране. Но все равно одобрение власти в связи с украинским кризисом и антизападной политикой очень велико.

– Кстати, об Украине. Если сравнивать настроения россиян по отношению к событиям в Донбассе несколько месяцев назад с тем, что люди думают об этом сейчас, какие изменения произошли?

– В целом отношение к Украине стало хуже, нарастает неприязнь, даже в какой-то мере агрессия. А по отношению к Донбассу ослабевает поддержка прямого российского вмешательства. Если считать с марта-апреля прошлого года, то поддержка, скажем, планов по прямому введению российских войск на территорию Донбасса упала к осени почти вдвое.

– То есть люди с опозданием осознали, к каким последствиям привел этот шаг?

– Скорее всего. Но речь идет не о каком-то моральном осознании и не о справедливости этого дела, а, скорее, о некотором страхе перед экономическими и политическими последствиями. Растущая изоляция России и более жесткие санкции, соответственно, угрожают собственному благосостоянию. Чисто шкурный интерес.

– Можете сделать какой-то прогноз, как ситуация будет меняться?

– То, что настроения ухудшаются, люди ждут масштабного кризиса, это несомненно. Но при этом они готовы перейти на другой уровень существования, терпеть, сокращать свои расходы, потребности и прочее. Это такой рефлекс закрытого и депрессивного общества, которое на все реагирует терпением. Например, 1998 год в плане настроений населения был одним из самых тяжелых за все время наших измерений. С ним сопоставим только 1990 год, предшествующий распаду СССР. Сейчас до аналогичного упадка пока не дошло, но, видимо, движется к этому. Во всяком случае все индикаторы социальных настроений идут вниз. Но отношение к власти это не меняет. Поддержка все равно очень высокая. У россиян происходит идентификация с сильной державой, попытка придать самоуважения самим себе – мол, вот мы какие. И обеднение, девальвация сбережений, падение покупательной способности, зарплат – это как бы разные плоскости, которые пока разведены и не совмещаются. Можно назвать это шизофренией, можно еще как-то, но в настоящий момент реальность такова. Через какое-то время люди начнут понимать, что одно тянет другое. Либо мы великая держава и нам наплевать на всех, либо мы хорошо живем – по мировым стандартам, в правовом государстве с сильными институтами, с некоррумпированной властью и так далее. Сейчас этого понимания нет и не будет в ближайшие несколько месяцев.

"Новые Известия"

Публикации раздела: Аналитика

26.05.2015 - Вершки и корешки
20.05.2015 - В России хотят полностью ликвидировать неформальную занятость
15.05.2015 - Зарплатное неравенство продолжает расти
13.05.2015 - Майдан по осени считают. Грозит ли России социальный взрыв?
08.05.2015 - Забастовка московских врачей. Первые итоги

© РАБОЧАЯ БОРЬБА 2007-2021. Все права защищены и охраняются законом.
При полном или частичном использовании материалов, опубликованных на страницах сайта www.rborba.ru, ссылка на источник обязательна.