Главная В избранное Написать письмо Наш ЖЖ    

Рабочая борьба. Сайт настоящих профсоюзов.

О сайте
Наша борьба
Кризис
Как создать профсоюз
Лидеры и профсоюзы
Профучеба
Профсоюзы и политика
Пресса о профсоюзах
Аналитика
За рубежом
Законы
Солидарность
Прими участие
Наши контакты:
Наша кнопка
РАБОЧАЯ БОРЬБА - Сайт настоящих профсоюзов
Код кнопки:
Объединенный гражданский фронт Консультативный Совет региональных профсоюзных объединений Институт Коллективное Действие Профсвобода
Без цензуры
Аналитика

04.02.2008
Россия не нуждается в миграционной подпитке

Нам без устали внушают: без мигрантов России хана. Оказывается, 142-миллионное собственное население — это очень-очень мало. Оказывается, это катастрофа для нашей экономики.

В Японии 127 млн человек, экономика вдвое (по паритету покупательной способности) превышает нашу — по крайней мере, «белую». При этом возрастная структура населения ощутимо хуже — доля стариков выше, доля детей меньше, коэффициент рождаемости ниже российского, но мигрантам путь в страну закрыт. И как-то обходятся. Едва об этом напомнишь, звучит возражение: если бы у нас была такая производительность труда, как в Японии, и мы бы обходились. Так вот: если Россия не прекратит закачку мигрантов, ей никогда не достичь японской производительности труда.

Нам внушают, что мигранты не просто нужны России, они нужны ей в огромных количествах. Эксперты Всемирного банка не раз говорили о необходимости завоза 2 млн человек каждый год и на все обозримое будущее.

Согласие с этой рекомендацией слышишь со всех сторон. «Московские новости»: «Нужно думать о квотированном привлечении людей из таких регионов дальнего зарубежья, как Средний и Дальний Восток, Юго-Восточная Азия». «Московская промышленная газета»: «Россия могла бы ежегодно принимать до 200 тыс. человек из Китая, Северной Кореи, Вьетнама, до 400 тыс. из Индии, до 80 тыс. из исламских стран, 20 тыс. из Африки». Директор Института социальной политики ГУ-ВШЭ С. Смирнов: «Китайцы и среднеазиаты легко могут смягчить эффект вымирания». Интересна точка зрения руководителя Росстата В. Соколина (по сообщению «Ленты.Ру»): «Важную роль в деле воспроизводства населения России могут сыграть мигранты-мусульмане, способные обеспечивать повышенную рождаемость». Новость так и озаглавлена: «От вымирания Россию спасут мигранты-мусульмане». Спасение России заботит и первого заместителя министра экономического развития и торговли М. Дмитриева. По его словам, «уровень привлечения мигрантов должен приближаться к миллиону в год, России придется искать дополнительные источники за пределами бывшего СССР, в странах третьего мира». «Лента.Ру» снабдила соображения г-на Дмитриева заголовком «Минэкономразвития: только мигранты спасут Россию».

Спасут — понимаете? «Привлечение мигрантов — просто спасение», — говорит Е. Гайдар. В наше сознание внедряют мысль, что обсуждать, нуждается ли Россия в подобном спасении, уже поздно, все обсуждено и решено без нас.

От чего именно нас спасут мигранты, объясняют не всегда одинаково. Мирного обывателя могут сначала сбить с толку утверждением, что «огромная Россия имеет самую низкую плотность населения в мире» (журнал «Русский дом»), затем он услышит, что более половины нашей страны «международное сообщество» вот-вот объявит terra nullius, ничьей землей, по причине ее слабой населенности. Я не шучу, такое недавно заявил по ТВ дипломат в отставке Валентин Михайлович Фалин, раскрывший уже немало тайн мировой закулисы. Правда, из Канады, Австралии, Исландии, Монголии, Казахстана и других стран, где плотность населения много ниже, чем у нас, крики о спасении не доносятся. Огромные незаселенные территории имеют десятки стран мира, совершенно не горюя по этому поводу.

Объяснения не всегда столь экзотичны и чаще говорят о другом. Без мигрантов якобы замрут наши стройки, некому будет мести улицы, валить лес, выращивать (особенно в Сибири и на Дальнем Востоке) овощи. Правда, с мигрантами никуда не денется нынешний низкий уровень строительных работ, будут и дальше биться маршрутки, не сократится отравление подделками, зимние тротуары останутся обледенелыми.

Мигрантов все шире привлекают к промышленному производству, и это, быть может, самое опасное, даже если они работают вполне добросовестно. Технологии бывают трудоемкими и капиталоемкими. При дешевом труде многие виды продукции можно производить на устаревшем оборудовании, не вкладываясь в передовые технологии, экономящие труд. Там, где рабочая сила дорога, владелец поневоле вынужден совершенствовать производство. Пока она не стала дорогой, никакие рассуждения об инновациях не заставят владельца обновлять технику и технологии. Рынок толкает только по пути выгоды (для важности именуемой эффективностью), по пути поиска дешевой рабочей силы. А она дешева не только из-за картельных сговоров работодателей (хотя эти сговоры не подлежат сомнению), не только из-за отсутствия у нас настоящих профсоюзов, но и из-за присутствия на рынке труда огромной армии гастарбайтеров.

Теневой рынок рабочей силы имеет конкурентное преимущество перед коренным населением. Сбивая цены на российском рынке труда, они активно содействуют нашему техническому отставанию.

В печати и в Сети не раз мелькали ссылки на Г. Грефа, будто бы уверявшего, что низкие зарплаты дают России фору в борьбе за место среди развитых стран. Большинство же экономистов с цифрами в руках доказывают, что низкая оплата труда – это:

а) препятствие на пути формирования полноценного внутреннего рынка — единственно надежного стимула для роста отечественной экономики;

б) главный фактор «утечки мозгов»;

в) главное препятствие к проведению реформ — пенсионной, монетизации, ЖКХ, медицинской, образовательной;

г) одна из причин сохранения и роста безработицы среди коренного населения;

д) мощный стимулятор мелкой коррупции и воровства;

е) приглашение к уходу экономики в тень и гарантия ее неостановимого разрастания там;

ж) главный источник социального раздражения, межрасовых конфликтов и неприязни к власти.

Сохранению всех этих негативных явлений активно (хотя и невольно) помогают зарубежные трудовые мигранты. Кратковременная выгода влечет за собой огромные потери — материальные и социальные. И даже цивилизационные.

Но может быть, все это прекраснодушная маниловщина, а истина такова, что в стране просто уже реально некому работать? Именно такой взгляд на вещи успешно внедряется в обывательское сознание.

Цифры, которые будут приведены ниже, поначалу (проверено) вызывают отторжение у людей, далеких от демографической статистики: такого не может быть. Но каждый имеет возможность убедиться в них сам, они легкодоступны. Сегодня в стране 90 млн россиян в трудоспособном возрасте, 74 млн человек — экономически активное население, в том числе порядка 57 млн в городах. Эти цифры максимальны в российской истории. Мало того, они еще и занижены. Член-корреспондент РАН, директор Института этнологии и антропологии В. Тишков говорит о «7% недоучета населения» — а это дает свыше 10 млн человек — в ходе последней переписи. Частично совпадая с армией нелегалов, они вместе с ними образуют обширное «невидимое население» страны. Вполне осведомленное лицо Марина Рахманинова, начальник отдела статистики миграции населения Росстата, утверждает: только в Москве постоянно проживает около 2 млн неучтенных жителей.

Не избегают учета эти люди, лишь когда заканчивают свой земной путь. Отсюда, кстати, и миф о российской «сверхсмертности». Показатели смертности, нормальные для 160-миллионного населения, вызывают ужас, будучи разложены на 142 млн.

Почему-то в советское время никто особенно не жаловался на нехватку в России рабочих рук, хотя реально их было много меньше. Незадолго до начала перестройки, в 1979 году, население России (тогда РСФСР) составляло, согласно переписи, 137 млн, и нелегалов (в условиях жесткого милицейского контроля) не было. В 1959 году оно равнялось 117 млн, в 1926-м, на пороге индустриализации, — 93 млн. Надо еще отдавать себе отчет в следующем: когда индустриализация начиналась, подавляющее большинство трудоспособного населения РСФСР представляло собой аграрную рабочую силу, 82% ее граждан жили на селе. Вследствие коллективизации, переселений, оргнабора, а главное, вследствие царя-голода немалая часть этих людей рассталась с селом, приняла участие в великих и малых стройках, влилась в ряды рабочего класса, но даже к началу войны две трети (67%) трудоспособного населения РСФСР не участвовали в промышленном строительстве и производстве, так как оставались сельскими жителями.

Сегодня в это трудно поверить, но экономически активное население городов составляло к началу индустриализации всего лишь порядка 5 млн человек, в 11 (прописью: в одиннадцать!) раз меньше, чем сегодня, подавляющее большинство женщин продолжали оставаться домохозяйками. И при этом никто не говорил о дефиците людей. Наоборот, большевики относились к «человеческому материалу» с преступной расточительностью. Страшный по напряжению сил мобилизационный рывок был максимально трудозатратен. Почти вручную строились сотни заводов, рудников, шахт, и на них потом кто-то должен был работать, да еще в три смены. А каналы, железные дороги, метро, а неслыханная в мировой истории программа вооружений!

После войны, несмотря на огромные потери людей самых производительных возрастов, почему-то хватило рабочих рук на «великие стройки коммунизма», на освоение целины, строительство сибирских ГЭС, прокладку БАМа, а главное — на продолжение исполинских усилий по созданию и функционированию беспримерного военно-промышленного комплекса и обслуживающей инфраструктуры, включая научную. А сегодня, когда гонка вооружений осталась в прошлом, когда проекты уровня космической программы 60—70-х годов даже не обсуждаются, нам говорят о «совершенно катастрофической» и даже «угрожающей национальной безопасности» нехватке рабочих рук.

Мы должны задать себе вопрос: почему в советское время хватило рабочих рук на все затеи и нужды государства? Не только потому, что был тоталитарный строй. Правильный ответ будет таким: потому, что были вынуждены обходиться тем, что имелось. Если бы тогда существовал легкий внешний источник, рабочих рук постоянно не хватало бы ни на что.

Почему планировщики МЭРТ и других ведомств уверяют, что России необходима миграционная подпитка? Только от лени. Они видят легкие внешние источники такой подпитки и идут по пути наименьшего сопротивления. Скажите им, чтобы они забыли даже думать об этих источниках, и они вам прекрасно все спланируют с опорой на внутренние трудовые ресурсы и покажут, как это сделать. Пусть используют опыт стран, исключивших для себя легкий путь привлечения иноязычных и инокультурных мигрантов. И главное, на круг все это окажется гораздо выгоднее, ибо подстегнет инновационную экономику. Да, темпы строительства поначалу просядут, но не беспокойтесь, они восстановятся. Да, сверхприбыли строительных фирм станут менее жирными, но государство сумеет их убедить примириться с этим.

Даже если в каких-то сферах у нас налицо реальная нехватка людей, она должна быть обращена в фактор позитивного развития. Есть хороший пример: армия Израиля стала одной из самых эффективных в мире благодаря тому, что с самого начала формировалась в условиях жесточайшего кадрового голода.

Сегодня в России множество депрессивных городов и территорий. Откуда они взялись, известно. Обрушение градообразующего предприятия создавало безвыходную ситуацию, выход из которой найден далеко не везде. Безработица близка к 60% (данные могли устареть) в Кувандыке (Оренбургская область), Железногорске (Курская), Венёве (Тульская), Ключах (Камчатская), Нариманове (Астраханская), Арсеньеве и Дальнегорске (Приморский край), Горняке (Алтайский), Игарке (Красноярский), Амурске (Хабаровский), Алатыре (Чувашия), Давлеканове (Башкирия) — список этот длинен. Всего бедствует не менее ста малых и средних городов и поселков и даже обширные пространства — например, Кизеловский угольный бассейн, зона БАМа, множество сельских районов. И даже целые субъекты Федерации — к примеру, Усть-Ордынский Бурятский автономный округ (месяц назад он влился в Иркутскую область). По статистике, в 2006 году один человек там тратил в месяц в среднем 1328 рублей, в 23 раза меньше, чем москвич.

Сколько у нас такого бедствующего населения? При обсуждении в Госдуме законопроекта о депрессивных территориях не смогли договориться о критериях депрессивности, но вилка получалась такая: от 12 млн до 30 млн человек — цифра огромная. Причем порядка двух третей этого населения (такова общероссийская норма) люди трудоспособного возраста. Как вы думаете, возможно вербовать необходимое число людей из депрессивных регионов для работы там, где не хватает рабочих рук? Наверняка возможно, и небольшое количество вербуется. Но, с точки зрения работодателей, это целая канитель: подъемные, обустройство, социальные гарантии. С гастарбайтерами же таких хлопот нет. Они уже приехали, они уже здесь — безответные, готовые трудиться за скромные деньги. Правда, половина из них очень быстро переключится на — в лучшем случае — изготовление паленой водки или самостроков Гуччи. Либо начнет торговать наркотиками, промышлять кражами и разбоем. Наши выгодополучатели, наверное, очень опечалены этим, но свой барыш важнее.

Нынешние проблемы с иностранными мигрантами могут оказаться милой пасторалью в случае вступления России в ВТО. С каких бы позиций ни обсуждалось это членство — одобрения или несогласия, — все сходятся в том, что жесткая и полнообъемная перестройка экономики, вызванная этим шагом, сделает у нас безработными порядка 10—12 млн человек. В дополнение к имеющимся! Закачивать в этих условиях иноязычных мигрантов — значит направлять их, в два хода, в этнические преступные группировки.

Факты и цифры, приведенные выше, не добыты в тайных архивах, они лежат на поверхности. Почему же мы слышим беспрерывные уверения в безальтернативности нынешнего курса? Более того, «ведущий эксперт в вопросах миграции», г-жа Зайончковская, уверена, что численность китайцев в России достигнет к середине ХХI века 10—20 млн человек. И подсказывает, как этого добиться: «Ставится вопрос о создании единого социально-экономического пространства на границе с Китаем, о перспективе единого рынка труда». Как говорится, конец цитаты.

Вокруг мигрантов из-за рубежа сложился огромный бизнес. Народу кормится туча — российские и зарубежные посредники, агентства, банкиры, страхователи, юристы, кадровики, рекрутеры, муниципальное начальство, выдаватели всяческих разрешений. А главное — крупные работодатели.

Этот бизнес весьма озабочен тем, чтобы истерики об «умирающей России» не стихали. И если реальность не выглядит пугающей, в ход идут выдумки (пополам с журналистской халтурой). Люди привыкли верить солидным СМИ, они воспринимают как истину уверения вроде следующих: «Проведенная в 2002 году перепись выявила, что население России за 12 лет уменьшилось на 10 млн человек (на самом деле на 1,8 млн), но от вымирания ее спасут китайцы, индусы, вьетнамцы и афганцы» («Правда.Ру»). Или: «Как считают авторитетные демографы (взглянуть бы на этих авторитетных демографов!), лет через 20—30 в стране будет проживать всего 60—70 млн человек» («Российские вести»).

Еще цитаты. «Несколько миллионов китайцев России не помешали бы» (бывший депутат Госдумы В.А. Рыжков). «Численность населения России к 2010 (!) году может упасть до 94 млн человек» (исполнительный директор Экспертного института Российского союза промышленников и предпринимателей Андрей Нещадин). «В середине XXI века население России сократится до 40 млн человек» (член Совета по реализации национальных проектов в области демографической политики при президенте РФ Анатолий Антонов» («НГ», 12.07.2007).

Есть, правда, один довод, перед которым немеют даже противники миграции. Это когда им говорят: Дальний Восток скоро заполонят китайцы. На самом деле этот довод не сильнее всех прочих. Я был в Монголии. Плотность населения в этой стране впятеро ниже российской, к тому же она до 1911 года была частью Китайской империи. Это самая экологически чистая страна в мире, в ее недрах много хорошего, она имеет границы неимоверной протяженности, которые неизвестно, как охранять. И что же? На 2,5 млн монголов в стране около 3 тыс. китайцев, порядка 0,1%. Их там столько же, сколько русских. И страха перед китайцами там нет. Все зависит от политической воли. При ее отсутствии мы скоро услышим, что наш Дальний Восток надо заселить законными китайцами, чтобы он не достался китайцам незаконным. При отсутствии политической воли нас скоро додавят до того, что трудовые мигранты будут вправе перевозить в Россию свои семьи — ведь таковы требования правозащитников и «цивилизованного мира».

России нужны не иноязычные «трудовые мигранты», России нужны репатрианты. Необходимо облегчать репатриацию, приняв специальный закон о возвращении, подобный израильскому закону 1952 года. Право на переезд в Россию следует признать за всяким, кто принадлежит к российскому суперэтносу. К этому суперэтносу помимо титульных народов России (то есть русских, карел, якутов, мордвы, кабардинцев, бурят и др.) должны быть отнесены украинцы и белорусы, потому что сегодня среди граждан России их вместе почти 4 млн; должен быть отнесен такой «бывший титульный» народ, как немцы, имевшие свою автономию на Волге и не по своей вине ее лишившиеся; отнесены потомки эмигрантов времен Гражданской войны и «перемещенных лиц» Второй мировой. Возможны еще несколько небольших категорий — например, выпускники российских вузов. Во всех остальных случаях переселение может быть разрешено лишь «особо ценным лицам» — разумная практика, принятая в ряде стран.

Александр Горянин, www.profile.ru

Публикации раздела: Аналитика

26.05.2015 - Вершки и корешки
20.05.2015 - В России хотят полностью ликвидировать неформальную занятость
15.05.2015 - Зарплатное неравенство продолжает расти
13.05.2015 - Майдан по осени считают. Грозит ли России социальный взрыв?
08.05.2015 - Забастовка московских врачей. Первые итоги

© РАБОЧАЯ БОРЬБА 2007-2020. Все права защищены и охраняются законом.
При полном или частичном использовании материалов, опубликованных на страницах сайта www.rborba.ru, ссылка на источник обязательна.